Objective: The aim of our clinical study was to evaluate the possibility of diagnosis of postrenal-transplantation complications in recipients using dynamic scintigraphy basing on temporary parameters standard zones of interest and medullary zone of renal transplantat comparing the results with the histological findings. Methods: We determined time of maximum and one-half maximal activity of radiopharmaceutical medication in renal transplantat, parenchyma and medullary zone the graft. According to pathological diagnosis, patients were categorized into threegroups: first — normals (n =32), second — acute rejection (n =43), third — chronic nephropathy (n =43). Results: In this study 118 patients aged 21–60 (38.4±9,8) years were included who underwent dynamic renal scintigraphy and biopsy renal transplantat. The time of maximum activity radiopharmaceuticals parenchyma the graft in patients in first group — 3.24±0.54 min, second — 6.61±3.28 min, third — 6.21±4.17 min (р <0,001). The time of maximum activityradiopharmaceuticals medullary zone the graft in patients in first group — 3.95±0.95 min, second — 8.94±5.23 min (р <0,001), third — 7.29±4.16 min (р <0,01). The time of maximum activity radiopharmaceutical the whole graft in patients in first group — 3.87±0.62 min, second — 7.4±3.82min (р <0,001), third — 8.03±4.28 min (р <0,01). The time one-half maximal activity radiopharmaceuticals parenchyma the graft in first group — 10.4±2.95 min, second — 37.09±3.89 min (р<0,001), third — 29.67±3.1 min (р<0,005). The time one-half maximal activity radiopharmaceuticals medullary zone the graft in first group — 11.71±5.93 min, second — 79.34±9.81 min (р <0,001), third — 29.67±3.95 min (р <0,005). The time one-half maximal activity radiopharmaceuticals the whole graft in first group — 12.31±3.91 min, second — 53.29±8.22 min, third — 52.71±7.86 min (р <0,001). Anderson–Bahadur distance: Т1/2medullary zone the graft most significant between first and second groups patients (17.43), gives maximum index value at chronic nephropathy (-9.07), at differentiation between acute rejection and chronic nephropathy (8.48). Estimate of the area under the ROC indicate most informative time of maximum accumulation of the radiopharmaceutical of the whole graft (SRoc=0,907) in acute rejection and Tmax parenchyma the renal transplantat (SRoc=0,847) in patients with chronic nephropathy the graft. Sensitivity and specificity renal scintigraphy parameters of diagnosing on postrenal transplantation complications amounted 71.43–98.7% and 67.7–96.43% respectively. Conclusion: Renal scintigraphy is an additional test for early detection on postrenal transplantation complications and correct tactics conducting recipients. The parameters of kinetics of nephrotropic radiopharmaceuticals provide diagnosis of acute rejection and chronic nephropathy the graft. Inclusion of radionuclide diagnostics to monitor the state renal transplantat optimizes approach to biopsies graft.
Цель исследования: оценить возможность диагностики постренотрансплантационных осложнений методом динамической сцинтиграфии, используя временные показатели стандартных зон интереса и медуллярной зоны ренотрансплантата, сравнивая результаты с гистологическими данными. Методы: рассчитываливремя максимального накопления и время полувыведения радиофармпрепарата (РФП) из ренотрансплантата, его паренхимы и медуллярной зоны. Реципиенты разделены по морфологическим данным на 3 группы: 1-я — с нормальным ренотрансплантатом (n =32); 2-я — с острым отторжением ренотрансплантата (n =43); 3-я — с хронической нефропатией ренотрансплантата (n =43). Результаты: динамическая сцинтиграфия и биопсия ренотрансплантата выполнены 118 реципиентам в возрасте 21–60 (38,4±9,8) лет. Время максимального накопления РФП паренхимой ренотрансплантата у реципиентов 1-й группы — 3,24±0,54; 2-й ― 6,61±3,28; 3-й ― 6,21±4,17 мин (р <0,001). Время максимального накопления РФП медуллярной зоной ренотрансплантата у реципиентов 1-й группы — 3,95±0,95; 2-й — 8,94±5,23 (р <0,001); 3-й — 7,29±4,16 мин (р <0,01). Время максимального накопления активности ренотрансплантатом в 1-й группе — 3,87±0,62; во 2-й — 7,4±3,82 (р <0,001); в 3-й — 8,03±4,28 мин (р <0,01). Время полувыведения РФП из паренхимы ренотрансплантата в 1-й группе — 10,4±2,95; во 2-й — 37,09±3,89 (р <0,001); в 3-й — 29,67±3,1 мин (р <0,005). Время полувыведения РФП из медуллярной зоны ренотрансплантата в 1-й группе — 11,71±5,93; во 2-й — 79,34±9,81 (р <0,001); в 3-й — 29,67±3,95 мин (р <0,005). Время полувыведения РФП из ренотрансплантата в 1-й группе — 12,31±3,91; во 2-й — 53,29±8,22; в 3-й — 52,71±7,86 мин (р <0,001). Расстояние Андерсона−Бахадура: Т медуллярной зоны ренотрансплантата наиболее показателен между пациентами 1-й и 2-й группы (17,43), дает максимальную величину показателя при хронической нефропатии (-9,07) и дифференцировке острого отторжения и хронической нефропатии (8,48). Оценка характеристических кривых свидетельствует о наибольшей информативности времени максимального накопления РФП всего почечного трансплантата (ПТ) (SRoc=0,907) при остром отторженииПТ и Тmax паренхимы ПТ (SRoc=0,847) при хронической нефропатии ПТ. Чувствительность и специфичность параметров реносцинтиграфии при выявлении постренотрансплантационных осложнений составили 71,43–98,7 и 67,7–96,43%, соответственно. Заключение: радионуклидная диагностика почечного аллотрансплантата может быть использована в качестве дополнительного теста для своевременного выявления дисфункции пересаженной почки и коррекции тактики ведения реципиента. Параметры кинетики нефротропного РФП обеспечивают диагностику острого отторжения и хронической нефропатии ренотрансплантата. Включение радиоизотопной визуализации в мониторинг состояния почечного трансплантата позволяет оптимизировать подход к применению биопсии ренотрансплантата.